Колесо Дхармы

-14-

– Господин, позволь мне спросить.
– Спрашивай, друг мой.
– Что происходит с Пробуждённым после смерти тела?
– Что беспокоит и терзает тебя?
– Меня беспокоит и терзает неизвестность. Я хотел бы найти опору в своём помышлении о нирване, но я не нахожу её.
– Не то ли беспокоит и терзает тебя, что при помышлении о совершенной, не имеющей недостатков нирване не находит опоры троичная жажда: жажда чувств, жажда существования, жажда несуществования?
– Да, Господин.
– Но ведь и в обыденном помышлении, имеющем опору, троичная жажда беспокоит и терзает тебя?
– Да, Господин.
– Значит, имеет ли твоя мысль опору или служит опорой сама себе, она должна освободиться от жажды?
– Это так.
– Поэтому, помышляя о нирване, дабы иметь опору, сознавай её свободной от троичной жажды, незапятнанной ею.
– Есть у меня , Господин, ещё одно сомнение.
– Говори, друг.
– Действия Пробуждённого не порождают нового существования. Однако даже в погребальном костре остаются пепел и зола. Каков же остаток, достающийся этому миру после ухода Татхагаты?
– Остаётся остаток, подобный хорошо изготовленному сосуду.
– Где же хранится этот сосуд, как он обнаруживает свои чудесные свойства?
– На небесах Формы хранится этот сосуд, и служит святилищем для Брахм – творцов и обращённых на путь Дхармы Мар. Когда Их подношения наполнят сосуд до краёв, тогда он проявляется в сансаре, как Будда Майтрейя (Будда любящей теплоты). Он проявляет качества Будд трёх времён, проповедуя телом, речью и умом. Таковы будущие следствия ухода Татхагаты, таков остаток, достающийся сансаре.
– Восхищён я, Бхагаван, потрясён. Вижу я колесо сансары, остановленное Дхармой. Вижу Будду Майтрейю, подобного дождю милости.
– Хорошо осознано, друг. Развязывай теперь узлы неведения один за другим, обращаясь то к прекращению троичной жажды, то к укреплению рвения на пути добродетели.
– После объяснений Пробуждённого я обретаю ясность и покой, но в одиночестве я вновь ощущаю беспомощность. Как же мне быть, Господин?
– Так же, как ощущение и вид узла составляют поддержку для сосредоточенных усилий человека, развязывающего его, так и освобождая свой ум от неведения, ты можешь поддерживать внимательность и неотвлечённость углублённым осознанием препятствий, встречаемых тобой. Осознай, какова твоя слабость, следствием какой жажды она является, каким видом добродетельной умелости преодолевается. Ведь ничего, кроме жажды, не скрывает слабость, ничем, кроме добродетели, не замещается она.